Вкус

#PostaKidsGourmet: Борис и Ирина Зарьковы — о свободе выбора и режиме наблюдателя

Ирина Зарькова

Фото: Ян Кооманс

Сегодня, 8 июля — в День семьи, любви и верности, рубрика #PostaKidsGourmet в гостях у Ирины и Бориса Зарьковых, прекрасной и крепкой пары, с которой хочется брать пример. Разговор сложился о современном устройстве мира, детях, ответственности и немного о еде.

Екатерина Пугачева: Борис, ты сам много учишься и преподаешь, а для современных детей, как ты думаешь, какие навыки сейчас наиболее актуальны? Какие умения ты хотел бы привить своим детям?

Борис Зарьков: Free mind.

Екатерина: Это единственное, что необходимо?

Борис: Да. Сейчас все будет очень быстро меняться. Юваль Харари в своей последней книжке «21 урок для XXI века» писал, что человечество находится в переходном периоде. Мы становимся homo digital — и реально сейчас мы можем стать частью сети. Это уже новый вид человека. Раньше человек думал о том, как выжить, как не умереть от неизвестной болезни. А так как уровень жизни поднялся, сейчас люди думают уже о том, как из нормального состояния все время куда-то расти, прогрессировать, а это возможно только через саморазвитие и познание себя.

#PostaKidsGourmet

Екатерина: И ты даешь детям этот шанс — самостоятельно познать мир и решить, чего они хотят?

Борис: А другого варианта не бывает! Наш мозг формирует нейронные связи только через гормональные химические процессы. Если я тебе что-то говорю, никакого гормонального химического процесса в тебе не происходит. Опыт и ошибки нужны.

Почему все сейчас говорят в предпринимательстве про делегирование? Делегирование сначала все рассматривают как возможность освободить свое время, а глобально делегирование — это возможность дать другому человеку понять через собственные ошибки, как устроены процессы.

Это долго, но это возможность как-то развиваться. Поэтому я вообще, честно говоря, никуда не тороплюсь ни на работе, ни здесь. Сами пусть спотыкаются. На чужих ошибках не учатся, это просто невозможно сделать. Вот когда человек становится взрослым, он уже начинает анализировать чужой опыт. Но к этому надо прийти.

Борис Зарьков

Екатерина: Правильно ли я тебя понимаю, что для того, чтобы вырос человек осознанный, твоя родительская миссия — просто наблюдать за ним, находясь где-то рядом?

Борис: Да. И если у него есть запрос, направлять. Глобально это free mind. Существует несколько видов обучения человека, основанных на том, как мы воспринимаем информацию. Есть активное восприятие информации, а есть пассивное. Все обучение в России пассивное. Что это такое? Тебе просто дают информацию, ты сидишь, слушаешь, но информация не усваивается. В обычной лекции 5-10% информации усваивается. А вот, например, в Англии все кейсовое, там все через кейсы: иди, ошибись, пойми, как устроено. И когда человек приобретает такой опыт, в этот момент происходит глубокое принятие.

Задача родителя — дать ребенку такое образование, чтобы он сам нашел свой путь. Если ребенок совершает ошибки, идет не в ту сторону, если там ничего страшного нет, пусть он идет, в стенку врежется и тогда поймет.

И не надо ждать сейчас благодарности, в моменте, она может потом прийти. Задача же — чтобы он потом счастливым стал, а не чтобы он тебе чашечку чая вечером давал, когда тебе будет 80 лет. Хотя и этого тоже хочется.

#PostaKidsGourmet

Вообще парадокс жизни в том, что мы хотим сделать детей лидерами, а тема лидерства и счастья — это совершенно полярные темы. По большому счету смысл жизни — это прийти к тому делу, которое тебе нравится, любимому, и находиться в гармонии с собой, а не в состоянии каких-то своих внутренних загонов. А вот тема лидерства — это постоянный загон: надо все время анализировать прошлое и идти куда-то в будущее. Но это связано только с одним — с желанием создать себе финансовую базу, для того чтобы в моменте найти себе ментальный покой.

И здесь нужен баланс между этими двумя вещами.

Сейчас у детей, таких как Лука (старший сын Бориса и Ирины, 15 лет. — Прим. ред.), мотивация — это всегда неудовлетворенность существующим положением. Поэтому ребенку в такой семье, как наша, эту неудовлетворенность надо создавать. Потому что в обычной, нормальной ситуации у него есть все, что он хочет, и значит, нет мотивации. Мы поэтому его и в Англию отправили, потому что здесь я не знаю, что бы с ним было.

Екатерина: А не рано? В 12 лет…

Борис: Почему у нас проблемы происходят? Сейчас дети рано взрослеют, а родители их в семье держат, они от семьи не отрываются, а у них как раз потребность — оторваться. Они хотят попробовать этот мир, они хотят взять на себя ответственность.

Ирина Зарькова

Екатерина: Вы довольно подолгу не видитесь с сыном. Когда он возвращается, что нового вы от него узнаете?

Ирина Зарькова: Такого нет, что мы не видимся несколько месяцев. Обычно это максимум три недели. Что узнаем нового? Конечно, каждый раз, когда даже на неделю уезжаешь и не видишь ребенка, в любом возрасте, мне кажется, что он уже другой. Естественно, он проходит какие-то этапы становления как личность, у него появляются какие-то новые инсайты относительно самого себя, относительно того, как нужно себя вести, как одеваться, как общаться. Он что-то новое узнал — и он уже себя чувствует каким-то экспертом и считает, что может с нами на эту тему рассуждать и даже спорить. И, конечно, это постоянно происходит у нас. Его увлечение одеждой, дизайном не прошло, он у нас год назад был самым стильным подростком по версии Tatler.

Борис: В принципе, ничего хорошего…

Ирина: Да, ничего хорошего. (Смеется.) Но он сам этим увлекается, ему нравятся мода, дизайн, он хочет сделать свой бренд.

Борис: Уже, по-моему, нет…

Ирина: Но идея точно была: он уже разработал первую модель рубашек, костюмов, которые собирался делать. Хотел поступать в Parsons School of Design в Нью-Йорке.

Екатерина: У Луки, как я понимаю, уже сложился свой устоявшийся стиль. То, что сейчас происходит в мире, как-то на него влияет? Насколько он гибкий?

Борис: Да, он уже вообще созревший.

Ирина: Сейчас у него активная фаза роста, переходного возраста, и то, что происходит с ним сейчас, для нас с Борисом, конечно, не очень приятно.

Но все мы переживали переходный возраст, и наши родители, наверное, с нами так же «страдали».

Когда твой послушный ребенок вдруг выдает тебе какие-то вещи… это нормально с точки зрения психологии. У меня высшее психологическое образование, и я знаю: чтобы ребенку отделиться от своих родителей, ему нужно все отрицать, нужно себя противопоставить мнению родителей. Вот тогда он почувствует себя взрослым, тогда нормально пройдет его переходный возраст. Поэтому многие подростки всего мира, в частности Лука, сегодня находятся в такой активной фазе. Родителям не нравится, но это нормальная история. И если она не происходит, то в будущем человек, не пройдя через эту фазу, останется в этом не отделившемся симбиозе со своими родителями, что тоже не есть хорошо. Пусть он пробует, пытается, делает ошибки, это его жизнь. Мы в этом плане с Борисом никогда не запирали его на ключ, не говорили: «Не делай это, не ходи туда, не общайся с этими людьми».

Ирина Зарькова

Екатерина: Это выглядит как очень мягкий родительский стиль — немножко в режиме наблюдения…

Ирина: Так и есть.

Екатерина: А как вы направляете? Иногда же хочется…

Ирина: Мы разговариваем.

Борис: Если есть запрос. Если у человека нет запроса, то лучше его не трогать: пусть он ошибается, спотыкается, падает. Время есть. А самое главное, что наше мнение ему не нужно сейчас, наше мнение его не интересует. У него процесс отделения идет.

Ирина Зарькова

Екатерина: Вы считаете, что он такой креативный ребенок в том числе и потому, что он так рано стал жить самостоятельно?

Ирина: Мне кажется, это врожденное. Как чувство вкуса: либо оно есть, либо нет.

Екатерина: А если нет, развить как-то можно?

Ирина: Мне кажется, нет. Как голос, как чувство звука.

Екатерина: А имитировать?

Ирина: Имитировать можно, но на этом долго не проедешь.

Борис: На самом деле, креатив — это умение найти проблему. Взять, например, Apple и разобрать их успех. Компания Apple создала платформу, а сначала нашла проблему: есть много маленьких разработчиков, которые знают, как это сделать, но не знают, как выйти на рынок. Есть огромное количество музыкантов, которые устали бороться и хотят выкладывать куда-то свою музыку более легким путем, а не становиться рабами чего-то там. Вот креатив — это в первую очередь умение найти проблему, а не решить ее. А сама креативность основана на нескольких вещах. Главное, это умение выходить за рамки собственного мышления: чтобы быть креативным, человек должен уметь отказываться от своих убеждений. Что обычно делает наш мозг? Ищет, исходя из своего опыта, самое простое решение. Потому что для мозга самая главная задача — сохранить энергию. Он тебе говорит: «На, вот тебе решение, я его видел». А креатив — это когда начинается brainstorm: люди пытаются найти новое решение, которого еще нет «в базе».

Креатив — это решение проблемы, которое еще никто не предлагал.

А вторая очень важная тема — это насмотренность: если ты ничего не видел, ты ничего не придумаешь. И поэтому для детей очень важны, я считаю, путешествия, походы в музеи, которые тренируют цветовую и композиционную насмотренность. Просто ходишь и видишь, что у тебя мозг формирует базу картинок. Креатив — сложная тема. И самое страшное, что могут сделать родители, мне кажется, это загнать ребенка в какие-то рамки и сказать: это всегда делается вот так. Поезд выехал из точки А в точку Б, за сколько он туда доедет? Да он может вообще туда не доехать, потому что забухал машинист. Сейчас мир меняется, все время что-то новое — и дети должны быть свободнее.

#PostaKidsGourmet

Екатерина: А вы когда за ним наблюдаете, вы учитесь чему-нибудь? Дети сейчас очень сильно отличаются от нас в детстве.

Борис: Дети более развиты, может быть. Если меня вспомнить в этом возрасте, я вообще белый одуванчик был. Я не выстраивал хитрые манипуляции, как завладеть чем-то. А сейчас все дети выстраивают. Это база, это у всех людей заложено. Мне кажется, дети такие же, просто мир ускорился — и ускорилось их развитие. Он в 15 лет может быть, как я в 18. Вот и все. Но это со всеми сейчас происходит.

Ирина: При этом детская составляющая еще большая. Очень взрослый — но еще точно ребенок.

#PostaKidsGourmet

Екатерина: У вас у каждого есть свой Instagram?

Ирина: Да, я начала вести Instagram, когда стала пиар-директором в White Rabbit Family. До этого у меня был закрытый аккаунт, и я всегда считала, что мне это не нужно, я этого не хочу, и вообще я не любила излишнюю публичность. У меня там было много детей, наших семейных моментов… Поэтому в итоге я открыла новый — «Зарькова Ира WRF». И сейчас у меня и старый работает, и новый функционирует, и я там активно присутствую, у меня уже около 20 тысяч подписчиков. На это подсаживаешься, когда подписчики тебе пишут. Ты опубликовал фото еды — и все говорят: мы тоже хотим в «Горыныч»! А если не выкладываешь, подписчики начинают волноваться…

#PostaKidsGourmet

Разговор прерывают Маша (8 лет) и Нина (4 года), которые хотят приготовить гостям кексы.

Рецепт кексов от Маши и Нины Зарьковых

Вам понадобится:

  • Крупные куриные яйца — 2 шт.
  • Сахар — 100 г
  • Творог — 200 г (мы всегда берем творог и масло фирмы «Углече Поле»)
  • Сметана — 2 ст. л.
  • Сливочное масло — 50-70 г (слегка растопить)
  • Мука — 200 г
  • Разрыхлитель — 1 ч. л.
  • Ванилин — по вкусу
  • Цедра одного апельсина

Способ приготовления:

  • Все ингредиенты взбить по очереди до консистенции густой сметаны.
  • Разогреть формочки для кексов, смазать сливочным маслом, обсыпать манной крупой.
  • Выпекать в духовке 35–40 минут при 180 градусах.
  • Посыпать готовые кексы сахарной пудрой.
Рецепт кексов от Маши и Нины Зарьковых

Мы возвращаемся к столу и продолжаем разговор.

#PostaKidsGourmet

Екатерина: Что вы обычно едите дома?

Борис: Это Ира расскажет: мне что положат в тарелку, то я и ем.

Ирина: Я сейчас расскажу! Когда мы познакомились с Борисом, у нас не было ни нянь, ни домработниц, ни водителей. Мы жили в однокомнатной съемной квартире, и я готовила ему супчики, борщ. Потом там появились дети в большом количестве, появилась няня, и сейчас няня готовит для детей. Мы дома только завтракаем и иногда ужинаем. Но ужин я стараюсь вообще не есть, а Борис, когда приходит, уже сыт. Но дома всегда есть какой-то суп, всегда есть что-то в холодильнике. У нас два холодильника — и они всегда полные.

Борис: У нас все завалено едой! У нас вот это (показывает на накрытый стол) как бы не праздничный стол!

Борис Зарьков

Ирина: Когда родилась Маша, мы стали снимать дом в Испании. Маше был годик, и мы все большой семьей въехали туда и там начали готовить. Там на рынке такое разнообразие: сибасы, креветки, моллюски… И каждое лето в Испании я что-то готовила. Из коронных блюд — карпаччо из артишоков, спагетти с вонголе, карпаччо из молодых кабачков с пармезаном и трюфельным маслом. И сибас я всегда запекаю в соли или, если нет сил возиться с солью, просто в фольге. Дикий сибас, оливковое масло и лимон — это лучший ужин. И стручковая фасоль на гарнир. Сейчас, кроме как в Испании, всю семью собрать за столом сложно, а во время карантина все сидят дома — и все уже устали от борщей и котлет. Я один раз что-то приготовила, выложила в сториз, и подписчики стали писать: «Ира, давай еще рецепты». Вчера я встретила трех человек, которые сказали: «Мы весь карантин готовили по твоим рецептам! Не останавливайся».

Я вообще не думала, что это кому-то интересно: сейчас готовят все кому не лень.

А мне если нужен рецепт, например, сморчков, я звоню Мухину: «Володь, как сделать пасту со сморчками?» Недавно сидели две недели на марафоне полезного питания: нужно было готовить все исключительно полезное. И мы старались, готовили асаи боул, запекали и авокадо, и батат на гриле, и соусы какие-то к ним придумывали…

#PostaKidsGourmet

Екатерина: Вы асаи боул ели, а дети что просили?

Ирина: Они тоже асаи боул едят с удовольствием. Вообще дети любят простую еду, им нужны макароны, мясо, суп-лапша, они любят борщ и суп с фрикадельками, щавелевые щи. Остальные супы их прямо надо заставлять есть, некоторые овощные они не едят. Но я из той категории родителей, которые не заставляют своих детей есть, потому что меня в детстве всегда заставляли. Моя мама и моих детей заставляет, а я говорю «не надо». Мне, например, в детстве казалось, что творог — это какое-то скисшее молоко, какие-то комочки, и я помню, как я давилась им и запивала его чаем. А меня в школу не пускали, пока не съем тарелку творога. Зачем создавать такие неприятные воспоминания?

Ирина Зарькова

Екатерина: У вас, получается, два стола: детский и взрослый?

Борис: У нас вообще непонятно, сколько столов. У нас дом чревоугодия. Поэтому я иногда сажусь за стол — а у нас три горячих. Зачем столько горячих, я не понимаю. Особенно когда Ирина мама приезжает и гостит у нас, она всех пытается накормить до отвала.

Екатерина: А в какие рестораны вы берете с собой детей?

Борис: В такие, где поесть.

Ирина: Дети, в какие рестораны вас берут с собой родители?

Маша: В Москве в «Сахалин»: там бокалы красивые, в виде рыбок. И айпады дают!

Борис: Вот что такое нейромаркетинг!

Борис Зарьков

Екатерина: А из еды что ты любишь больше всего?

Маша: В «Сахалине» – роллы.

Екатерина: А дома сами вы их делаете?

Ирина: Нет, до роллов мы еще не дошли.

Екатерина: Это будет в следующий карантин, да?

Борис: Не дай бог!

Борис и Ирина Зарьковы
08 июля 2020
Екатерина Пугачева для раздела Вкус