Кресло-«автомобиль» и тотемный стеллаж: 7 культовых предметов интерьера XX века

В Posta-Magazine мы привыкли рассматривать привычные вещи под неочевидным углом, превращая повседневность в объект для исследования. Сегодня наш гид в мире вещей, задающих правила игры, — дизайнер Евгений Бурцев. Вместе с ним мы разбираемся, как культовые объекты прошлого продолжают управлять нашими эстетическими предпочтениями сегодня и почему истинный тренд рождается не в социальных сетях, а… в истории.

В мире моды, дизайна и архитектуры случается неожиданная синергия. Так, стеклянные бутылки для лимонада были вдохновлены «хромыми юбками» начала века, а Владимир Шухов по легенде придумал свою башню, увидев, как уборщица ставит цветочный горшок на перевернутую корзину для мусора. Предметы интерьера из моего списка, несмотря на революционные формы, были задуманы с утилитарными целями, а в итоге стали отправной точкой для дизайнеров современности.

Кресло Utrecht — впечатляющий пример того, как архитектурное мышление можно применить к мебели. Его автор, Геррит Томас Ритвельд, был одним из идеологов движения Де Стиль, стремившегося свести форму к простейшим геометрическим элементам, поэтому у Utrecht нет привычной для кресел плавности, избыточности и декоративности. Спинка и подлокотники образуют почти абстрактную композицию из пересекающихся плоскостей, а выразительная, нарочито заметная строчка подчеркивает конструктивную логику объекта, где каждая его часть понятна, практична и отражает суть.

Как новатор Ритвельд отказался от подражания историческим стилям и предложил совершенно новый язык формы, основанный на геометрии и пространстве. Сегодня влияние Utrecht можно увидеть практически во всех направлениях минималистичного дизайна — от непосредственно мебели и предметов интерьера до архитектуры.

Футуристичный стеллаж считается главным символом группы «Мемфис Милано» (Memphis Milano), которая разрабатывала необычную постмодернистскую мебель и предметы интерьера, и, возможно, самым известным объектом постмодернистского дизайна.

Как создатель группы, Соттсасс выступал против рациональности модернизма, доминирующей в дизайне большую часть XX века, поэтому знаменитый стеллаж напоминал одновременно гибрид книжного шкафа, тотема, архитектурной модели и арт-инсталляции. Яркие цвета, ламинат, диагональные элементы и кажущаяся хаотичность композиции нарушали все привычные представления о том, какой должна быть мебель.

Долгое время хороший дизайн ассоциировался с функциональной строгостью. Carlton повысил эмоциональность и игру до полноценного инструмента проектирования и заявил: предмет может быть ярким, ироничным, даже провокационным.

Это влияние особенно заметно в эпоху социальных сетей, когда мебель все чаще становится визуальным объектом и способом самовыражения. Возрождение интереса к ярким цветам, необычным формам и эстетике 1980-х также во многом связано с наследием легендарного стеллажа.

Творение итальянского архитектора, UP вошло в историю дизайна XX века благодаря инновационным технологиям и яркому социальному посылу, которого обычно не ждешь от предмета мебели. Созданное для компании C&B, предшественника компании B&B Italia, округлое, мягкое и обтекаемое кресло напоминало женское тело, а сферический пуф — гирю заключенного, прикованную к ноге.

Новаторство кресла не ограничивается символизмом, оно стало еще и одним из первых масштабных экспериментов с пенополиуретаном и вакуумной упаковкой. По задумке покупатель получал спрессованное кресло, которое после вскрытия упаковки само принимало нужную форму, что для конца 1960-х годов выглядело почти фантастикой.

UP задало несколько трендов одновременно: легитимизировало органические формы в массовом производстве мебели, показало, что предмет интерьера может транслировать идеи и социальные смыслы, и заодно продемонстрировало новые возможности синтетических материалов.

Необычный стул на тонких стальных ножках, вдохновленный работой Гастона Лашеза «Парящая фигура», называют самым скульптурным объектом в наследии супругов Эймс. Созданный специально для выставки Нью-Йоркского музея современного искусства, он поражал современников и формой, и выбором материала. Главная инновация заключалась в использовании формованного пластика, что позволяло создавать плавные, почти биоморфные поверхности.

Эймсы рассматривали мебель как продолжение человеческого тела, и кресло-шезлонг как нельзя лучше воплотило эту идею. В отличие от традиционных кресел середины XX века, La Chaise не диктовало определенную позу, в нем можно было сидеть, лежать или полулежать — революционная идея для эпохи!

Сегодня кресло воспринимается как символ органического модернизма. Оно предвосхитило интерес к эргономике, эмоциональному комфорту и свободным сценариям использования пространства. Современная мебель все чаще ориентируется не на функцию в узком смысле, а на опыт пользователя.

Забавная настольная лампа Snoopy — один из самых узнаваемых светильников в истории дизайна. Созданная братьями Кастильони для компании «Флос» (Flos), она сочетает техническую точность и редкое для промышленного дизайна чувство юмора.

Название появилось благодаря сходству абажура с профилем знаменитого анимационного персонажа, собаки Снупи. При этом за внешней легкостью и «игрушечным» дизайном стоит серьезная инженерная работа и продуманное удобство: увесистое основание из мрамора обеспечивает устойчивость, а металлический отражатель создает комфортный направленный свет.

Snoopy стала важным примером эмоционального дизайна: до нее бытовые светильники воспринимались как сугубо функциональные устройства, но оказалось, что они могут вызывать улыбку и формировать характер интерьера.

Из подобных экспериментов итальянского дизайна 1960-х годов во многом вырос современный тренд на антропоморфные и эмоционально выразительные объекты, когда функциональный предмет обретает индивидуальность и сохраняет узнаваемость даже через десятки лет.

В отличие от многих экспериментальных объектов своего времени, это кресло не стремилось шокировать: главная его сила заключалась в исключительном балансе между эстетикой, конструкцией и комфортом.

Супруги-дизайнеры прославились вниманием к деталям и уважением к материалу: в Model No. 925 деревянная конструкция стала частью визуального образа, подчеркивая качество исполнения, а не скрываясь под обивкой. Но главная ценность модели заключается в ее вневременности. В кресле нет признаков моды конкретной эпохи, поэтому оно одинаково органично выглядит как в интерьерах 1960-х, так и в современных пространствах.

Model No. 925 сформировала тренд на так называемый «тихий дизайн» — предметы, которые не пытаются доминировать в интерьере, а делают ставку на качество, продуманность и долговечность. В эпоху переизбытка визуальной информации именно такой подход становится все более востребованным.

Кресло Lady стало одним из первых объектов новой эпохи послевоенного дизайна. Его автор, Марко Дзанузо, предложил принципиально иной взгляд на мебель: не как на декоративный предмет, а как на атрибут комфорта.

В конструкции Lady использовались новые материалы и технологии, заимствованные из автомобильной промышленности: вспененный полиуретан и пенорезина, что для начала 1950-было настоящим прорывом. Важность Lady связана не только с технологией, Дзанузо одним из первых сделал комфорт частью эстетики, и проектировал мебель исходя из того, как человек чувствует себя в кресле, а не из того, как кресло выглядит для человека со стороны.

Lady задало тренд на гуманистический дизайн, который позже определил развитие всей итальянской мебельной индустрии, и стало символом эпохи — дизайн наконец начал изучать тактильный опыт человека, взаимодействующего с предметом.