Алессандро Микеле, новый креативный директор Valentino, уже завершал подготовку к кутюрному шоу, когда стало известно, что основатель Дома — Валентино Гаравани — скончался. Несмотря на это, показ весенней коллекции высокой моды стал полноценной одой его наследию и настоящим ожившим памятником главной страсти маэстро — кинематографу.
Дефиле предварила запись голоса самого Валентино, где он рассказывал о зарождении своей любви к искусству кино: «Мама говорила мне: ты мечтатель. Ты грезишь, грезишь глупыми мечтами. Меня всегда манили глянцевые журналы, фильмы… Впервые в кинотеатр меня привела сестра — и я был заворожен прекрасными женщинами на экране. Думаю, тогда я и решил, что хочу создавать одежду».
Эта тяга основателя Дома к миру грез и стала отправной точкой коллекции. Шоу разворачивалось не на подиуме, а внутри специальных конструкций, вдохновленных предшественником кинематографа — изобретением Августа Фурмана под названием «Кайзерпанорама». Микеле пишет: «В конце XIX века в крупных европейских городах появилось устройство под названием „Кайзерпанорама“, о котором сегодня почти забыли. Это была коллективная оптическая машина с круглой деревянной конструкцией, в которой были проделаны небольшие отверстия для глаз. Зрители собирались вокруг и наблюдали за стереоскопическими движущимися изображениями».
По словам дизайнера, эта машина не просто показывала объемные изображения: она учила «терпеливому, гипнотическому зрению», пробуждая в зрителях что-то почти архаическое и возрождая способность к созерцанию — то, чего мы абсолютно лишены сегодня, в век высоких скоростей и цифрового контента. Используя этот прием, Алессандро Микеле предложил альтернативное видение, основанное на иной темпоральности, ведь «каждое изделие — это уникальная встреча, как с точки зрения замысла и изготовления, так и с точки зрения обстоятельств, в которых оно предстает перед зрителями».
