Фото: Ян Кооманс
Проект, который многие годы был для моей сегодняшней героини «как ребенок», знают все модные люди нашей страны. Poison Drop вихрем ворвался в мир московской модной индустрии: благодаря таланту и визионерству Иры Кузнецовой, архитектора по образованию, творческого мозга компании, вдруг стало модным носить крупные дизайнерские украшения и не сильно заморачиваться, из какого металла что создано. В тот момент, когда другие игроки ювелирного рынка вдруг осознали мощь нового проекта, было уже поздно — ее было уже не догнать. «При этом я вообще не думала о заработке. Была в состоянии так называемого потока: мне настолько нравилось то, чем я занимаюсь, что, когда я получила свою первую зарплату, я даже удивилась — за счастье делать свое дело еще и хорошо платят?!».
Понятно, что были сложности, сотни командировок, недосып, утрясание миллиона согласований с соучредителем. Но все это оказалось на почти пустой чаше весов, а на второй — большая горка из удовольствия, реализованности и самого настоящего человеческого счастья. При этом у Иры прекрасный муж и четверо прекрасных детей. Лично для меня она всегда была примером из книжки «как идеально сочетать успех в карьере и личное счастье». Так и как же все-таки?
Татьяна Сабуренкова: Ира, сейчас ты ушла из Poison Drop и занимаешься новыми проектами. Сложно было расставаться с еще одним своим ребенком?
Ирина Кузнецова: Конечно. Это было счастливое время — но я решила идти дальше.
А дальше — это куда и как?
Знаешь, я начала задавать себе этот вопрос еще года 3–4 года назад. Кто-то назовет это кризисом среднего возраста. Пожалуй, соглашусь. Это период, когда внешне вроде бы все прекрасно, но ты начинаешь задавать себе все больше вопросов: а зачем я это делаю? Готова ли я ради какой-то работы вскакивать утром в воскресенье — и смогу ли быть при этом счастливой?
И как, есть сейчас такая работа?
В данный момент я как раз в процессе пересборки самой себя — и мне в этом очень хорошо! Я вдруг обнаружила, что есть какое-то количество свободного времени, можно встретиться с подругой и спокойно проболтать с ней часа три-четыре, не разрываясь между рабочими звонками. Представляешь, я вдруг увлеклась… шахматами! У нас потрясающее комьюнити, мы порой играем с такими людьми, которых на интервью-то не вытащить никогда. Шахматы — абсолютная моя любовь и магия.
Еще один проект, который для меня был настоящей отдушиной, — вот эта старинная квартира на Страстном бульваре, где мы с тобой встречаемся. Это те самые по-питерски уютные дворики, почти не похожие на Москву, бывшая коммуналка в доме 1917 года. С 1986 года она стояла закрытая, владельцы уехали в Канаду и никому ее не показывали. Когда я про нее узнала, когда мы впервые сюда зашли — ты знаешь, у меня было полное ощущение машины времени. Время здесь как будто остановилось: старый дисковый телефон, бумажка на двери с надписью «Звонить Ивану Ивановичу», абсолютно такая советская эстетика. И мы принялись за реновацию: я хотела добавить современных штрихов, но сохранить вот эту потрясающую советскую фактуру. Я пригласила в этот проект свою институтскую подругу Варю Шалито. Мы решили создать из этой квартиры интеллектуальное пространство, сохранить аутентичность, но добавить хай-тек. Люстра из пластика Zaha Hadid, стулья-призраки Kartell за обновленным после невероятного редизайна от Саши Мершиева старинным столом — все подружилось между собой.























