Искусство для бизнеса или бизнес для искусства? Интервью с главой арт-коллекции Credit Suisse

 
Инна Логунова
Все статьи автора

— журналист


Андре Роггер — глава корпоративной коллекции Credit Suisse, отвечающий за приобретение и размещение произведений современного искусства в более ста отделениях банка в Швейцарии и за рубежом. Также он является членом жюри Премии Credit Suisse и арт-ярмарки Cosmoscow для молодых художников

 
 
Искусство для бизнеса или бизнес для искусства? Интервью с г...

Фото: Ralph Feiner, Malans (CH)

Мы встретились с Андре Роггером на I Международном саммите коллекционеров Cube.Collectors, прошедшем в новом арт-пространстве Cube.Moscow в отеле The Ritz-Carlton, Moscow. В интервью Posta-Magazine он рассказал о принципах формирования коллекции Credit Suisse, главных мировых трендах арт-рынка, а также о том, как начать собирать искусство.

Инна Логунова: Арт-коллекция Credit Suisse была создана более сорока лет назад. Что привело к такому решению?

Андре Роггер: Главной мотивацией с момента основания и до настоящего времени было желание поддержать молодых талантливых художников, помочь им на ранней стадии карьеры, а также внести вклад в общество. Для нас важно следить за развитием художников на протяжении их творческой карьеры, поэтому мы приобретаем их произведения на разных этапах: скажем, через два-три года после первой работы мы покупаем вторую, через десять лет — еще одну и т.д. Произведения некоторых художников находятся в нашей коллекции уже тридцать лет, и мы стараемся продолжать покупать их работы, пока можем себе это позволить. Некоторые из них стали достаточно известными и дорогими для нас. (Смеется.) В 2011 году мы издали книгу Credit Suisse Collection. Art in a Business Context, в которой помимо всех работ, созданных на заказ, мы подробно рассказываем о тридцати основных художниках из нашей коллекции. Самому молодому из них сейчас 35 лет, самому старшему — около 75.

Работы Артема Филатова (Без названия, 2014 г.) и Евгения Антуфьева (Без названия, 2016 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работы Артема Филатова (Без названия, 2014 г.) и Евгения Антуфьева (Без названия, 2016 г.), коллекция Credit Suisse

— Сколько художников и работ сейчас в вашей коллекции?

— В нашей базе порядка 10 тысяч работ, и в настоящее время мы вносим в нее новые произведения из международных подразделений банка. Сейчас довольно сложно сказать, сколько художников в нашей коллекции, но их точно больше тысячи. Значительная часть произведений представлена в наших клиентских зонах и переговорных комнатах, и только процентов двадцать, которые были куплены довольно давно, находятся в хранилище. Мы стараемся выставлять новые приобретения, чтобы наша коллекция оставалась живой.

— Какие художники, которые впервые появились в вашей коллекции молодыми авторами, сегодня стали известными и знаменитыми?

— Например, мы заказывали масштабный скульптурный ансамбль из дерева и настенную графику у Клаудии Комте для фойе в нашем офисе в Женеве, и нам очень приятно видеть, что она сделала успешную международную карьеру. Мы также испытываем гордость, наблюдая за международным вниманием к шести российским художникам, чьи работы мы приобрели для московского офиса: Светлана Шуваева, Евгений Антуфьев, Артем Филатов, Ася Маракулина, Илья Федотов-Фёдоров, Евгений Миронов. Они участвуют в российских и международных выставках и фестивалях, получают новые гранты, читают лекции в Европе. Повторюсь, для нас чрезвычайно важно, что мы прежде всего оказываем поддержку именно на начальном этапе, в тот момент, когда молодые художники в этом более всего нуждаются. Конечно, приятно наблюдать за успехом художников, но в то же время мы стремимся приобрести широкий спектр разнообразных работ для наших офисов.

Работы Евгения Миронова из серии «Построение метафоры (2018 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работы Евгения Миронова из серии «Построение метафоры (2018 г.), коллекция Credit Suisse

— Какой у вас бюджет на покупку произведений искусства?

— Мы не разглашаем эти цифры, но могу сказать, что у нас есть постоянный ежегодный бюджет в Швейцарии на покупку работ швейцарских художников, а также специально учрежденные фонды для других проектов, например, когда мы обновляем офисы банка, как это сейчас происходит в нашем лондонском хабе в Канэ́ри-Уорф. В Великобритании мы покупаем работы местных авторов в галереях и мастерских художников по всей стране. Почти все приобретаемые нами произведения выставлены в отделениях Credit Suisse по всему миру. В Гонконге нам удалось собрать значительное количество работ местных художников за последние 20 лет, и мы были очень рады интегрировать их в коллекцию Credit Suisse. Я надеюсь, что в следующем году у нас будет бюджет для расширения собрания в еще одной стране. В целом основа коллекции Credit Suisse — это швейцарское искусство, которое мы собираем уже более сорока лет. Но оно не только в Швейцарии. В московском офисе, например, российские авторы, которых мы приобрели на выставке Cosmoscow в рамках нашего стратегического партнерства, соседствуют с произведениями швейцарских художников. Эти работы были привезены из Швейцарии.

Работа Светланы Шуваевой «Ожидание» (2015 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работа Светланы Шуваевой «Ожидание» (2015 г.), коллекция Credit Suisse

— Каким еще критериям, помимо таланта молодого художника, должны соответствовать работы? Думаете ли вы о том, что произведения должны вписываться в интерьер офиса?

— Конечно, мы должны думать о пространстве. В музее куратор стремится подобрать произведения, чтобы они вступали в диалог друг с другом, формируя определенный нарратив, это дает возможность исследовать определенную тему и представить исторические взаимосвязи. Важно то, что происходит между работами в конкретной галерее. В наших представительствах пространства предназначены, прежде всего, для работы и встреч, и одно-два размещенных произведения существуют сами по себе. Значит ли это, что из-за этого работы теряются? Я так не думаю, так как наши пространства полны жизни, и произведения могут увидеть много людей, даже на выставках обычно нет такого количества посетителей. То есть это важная возможность для качественных работ быть увиденными, поэтому они должны быть самодостаточными. В то время как произведения должны быть такими, чтобы мы физически могли разместить их на наших стенах, важно, чтобы они также обладали яркой выразительностью. Если работы не передают глубокого смысла или не отражают текущие процессы — мы их не приобретем. Нам не нужны просто декоративные элементы, мы хотим, чтобы искусство демонстрировало нашу приверженность культуре и современному обществу. И хотя в том, что касается пространств, наши возможности ограничены, мы собираем все медиумы, в том числе видео, скульптуры, то есть не только картины или графику.

Важно, чтобы работа имела художественную ценность, разделяемую нами и нашими клиентами. Это корпоративная коллекция, которая представляет культуру и этику, важную для такой международной компании, как Credit Suisse. Произведение не может быть, скажем так, слишком «личным»: мы избегаем работ, которые могут задевать чувства сотрудников и клиентов, как, например, произведения на религиозные и политические темы, но в остальном мы достаточно открыты. Нам важно содержание работы, ее посыл, то, каким образом в ней отражается «дух времени». Поэтому, как правило, для каждого приобретения мы готовим справку, которая доступна в клиентской комнате, и нам все время нужно печатать новые, они оказываются достаточно популярными.

Работы Светланы Шуваевой - «Метро», «Шум», «Кино», «Ожидание» (2015 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работы Светланы Шуваевой — «Метро», «Шум», «Кино», «Ожидание» (2015 г.), коллекция Credit Suisse

— Вы организуете выставки вне ваших офисов?

— Нет, но мы предоставляем работы для выставочных проектов, если к нам обращаются. Кроме того, мы делаем закрытые экскурсии для наших клиентов.

— Вы упомянули российских художников, вошедших в коллекцию Credit Suisse. Почему вы остановились именно на этих именах?

— Во-первых, все они молодые таланты. Во-вторых, наш выбор достаточно сбалансированный: они работают в разных техниках: скульптура, фотография, графика и даже ткань. А главное, что мы верим в потенциал этих художников: мы впечатлены тем, как они мыслят и выражают свои идеи в искусстве. Как я упоминал ранее, в этом году мы планируем приобрести еще несколько работ. Только сегодня обсуждали, где их лучше всего разместить: наш московский офис все же не бесконечен. Возможно, нам придется отправить несколько швейцарских произведений обратно домой, если мы продолжим приобретать российские работы на Cosmoscow. (Смеется.)

— Является ли коллекция Credit Suisse инвестиционным инструментом или ее значение исключительно репутационное?

— Исключительно репутационное. Коллекция Credit Suisse — это не финансовое вложение, а наш вклад в культуру, инвестиция в общество. Мы не продаем работы, для нас это форма спонсорства. Ну и, конечно, нам приятно работать в окружении искусства.

Работа Ильи Федотова-Федорова из серии «Невидимые схемы передачи» (2016 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работа Ильи Федотова-Федорова из серии «Невидимые схемы передачи» (2016 г.), коллекция Credit Suisse

— Кем принимаются решения о приобретении работ? Вами как куратором или коллегиально?

— У нас есть арт-комитет в Цюрихе, а также местные комиссии, как, например, в Лондоне. Их составляют преимущественно сотрудника банка — то есть люди, которые будут окружены этим искусством. Иногда мы обращаемся к сторонним кураторам за экспертным мнением, но обычно решения принимаются внутри банка.

— До того, как стать главой коллекции Credit Suisse, вы были куратором в музее Kunstmuseum Luzern. Как музейная работа отличается от того, что вы делаете в рамках корпоративной коллекции?

— Kunstmuseum Luzern — небольшой музей современного искусства, работающий в формате постоянно сменяющих друг друга временных выставок, которые имеют определенную тему и продолжаются по три месяца. Для каждого проекта мы находили определенное количество работ, а потом, по окончании выставки, покупали несколько наиболее значимых произведений для нашей коллекции. Таким образом происходило формирование фонда музея, который представлял собой срез его истории. Коллекция Credit Suisse формируется по другому принципу: мы собираем художников, в которых сами видим потенциал. В этом могут быть свои преимущества, когда у вас нет нужды подбирать произведения под концепцию выставки, как это происходит в случаях, если вашей основной задачей является организация временных экспозиций. Мы руководствуемся долгосрочным видением. Нередко мы приглашаем художника создать работу или серию работ для конкретного помещения. Произведение может оставаться там на протяжении долгого времени, но, если есть необходимость, мы можем переместить его в один из наших многочисленных офисов.

Знаете, отсутствие задачи организовывать выставки дает определенную свободу, потому что в проектной работе вы интенсивно взаимодействуете с художниками на протяжении нескольких месяцев подготовки, но потом должны просто переключиться на новую выставку; прошлый же проект остается лишь воспоминанием. В своем нынешнем качестве я в большей степени ориентирован на постоянные долгосрочные отношения с художниками, а это ежедневное общение со множеством людей. Этот длительный процесс построения целостной коллекции доставляет мне большое удовольствие.

Работа Веры Ида Мюллер «Секвенция» (2008 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работа Веры Ида Мюллер «Секвенция» (2008 г.), коллекция Credit Suisse

— Что представляет собой ваша ежедневная работа? Ваш типичный день, скажем так?

— Самое приятное как раз в том, что все мои дни всегда разные. Когда я нахожусь в своем офисе в Цюрихе, то начинаю утро с проверки почты и просмотра предложений от галерей, отвечаю на письма, в которых люди интересуются нашей коллекцией. Значительная часть моей работы — инсталляция работ, так что я часто выезжаю в тот или иной офис Credit Suisse, чтобы проследить за развеской. Часто посещаю галереи и встречаюсь с художниками, чтобы найти произведения для коллекций. Также провожу довольно много экскурсий для наших клиентов, знакомя их с коллекцией.

Работа Ганса Кюхлера «Самолет» (1990-е годы, 3 части)

Фото: Роман Коновалов

Работа Ганса Кюхлера «Самолет» (1990-е годы, 3 части)

— Какие важные, на ваш взгляд, тренды вы бы выделили в искусстве и на мировом арт-рынке в последние годы?

— Думаю, сейчас все больше растет интерес к более тактильным видам искусства — возможно, в противовес все большей виртуализации и дематериализации нашей жизни. Я замечаю, что художники, работающие с текстилем, керамикой и другими традиционными техниками и материалами, сейчас гораздо более популярны, чем 10 лет назад. Не то чтобы они замещают другие медиумы — нет, все существует параллельно, но рост интереса к физической стороне вещей очевиден.

Что касается арт-рынка, все более входит в практику совместное использование пространства галереями, что мы наблюдаем и здесь в Cube. Moscow. Это делает их жизнь проще в бытовом аспекте, позволяет собрать на одной площадке разные аудитории и сократить расходы на аренду без ущерба для собственной индивидуальности. Или же, как я видел в Лондоне, где под эгидой выставочного комплекса Condo галереи-резиденты на время приглашают в свое пространство другие галереи. Такие партнерства создают благоприятную среду для обмена идеями, помогают галеристам знакомиться с новыми художниками, а авторам открывают новую аудиторию. Даже на ярмарках галереи сегодня нередко делят один стенд. Так что, да, коллаборации — глобальный тренд на арт-рынке, причем обусловленный не только очевидными финансовыми причинами.

Работа Артема Филатова (Без названия, 2014 г.), коллекция Credit Suisse

Фото: Роман Коновалов

Работа Артема Филатова (Без названия, 2014 г.), коллекция Credit Suisse

— Что вы думаете о нынешнем состоянии и потенциале российского арт-рынка? От его участников часто слышны довольно скептические отзывы: неразвитая инфраструктура, малое количество галерей, небольшой интерес зарубежных коллекционеров и галерей к российским художникам.

— Как раз сегодня я слушал дискуссию, посвященную российскому рынку, и был впечатлен тем, сколько эмоций было в выступлениях. Я тронут тем, что в России все время обсуждают «российский арт-рынок». Я не думаю, что в Швейцарии активно ведутся подобные разговоры о «швейцарском арт-рынке». Да, возможно, ситуация в России действительно иная в силу текущих обстоятельств, но то, насколько люди одержимы этим, удивительно. Я считаю, что Россия — такая же участница глобального рынка, как любая другая страна.

Что касается отсутствия интереса к российскому искусству на Западе — я не разделяю этого мнения. Интерес появляется при непосредственном знакомстве и общении с художниками. Поэтому наша совместная с Cosmoscow премия для молодых российских художников помимо финансовой поддержки включает в себя арт-резиденцию в Швейцарии, что позволяет завязать новые знакомства как в художественной среде, так и среди галеристов и институций. Именно так и произошло в случае с художниками, которые у нас уже успели побывать. Среди них — Анастасия Богомолова (из Челябинска, сейчас живет в Екатеринбурге), Анастасия Кузьмина (из Москвы), Илья Долгов (из Воронежа), Артем Филатов (из Нижнего Новгорода). В июле в Берн приедет победительница 2018-го года — Ася Маракулина из Санкт-Петербурга. И налаживание международных связей так же, если не более важно, чем и материальная помощь.

Работы Аси Маракулиной «Комната для игр» и «Бывшая комната» из проекта «Потайные швы» (2016 г.), коллекция Credit Suisse

Работы Аси Маракулиной «Комната для игр» и «Бывшая комната» из проекта «Потайные швы» (2016 г.), коллекция Credit Suisse

Работы Аси Маракулиной «Комната для игр» и «Бывшая комната» из проекта «Потайные швы» (2016 г.), коллекция Credit Suisse

— Вы приехали в Москву на впервые организованный здесь саммит коллекционеров Cube. Collectors. Чем этот формат отличается от, скажем, паблик-токов и других событий многочисленных арт-ярмарок?

— Думаю, саммит коллекционеров — отличный старт для нового амбициозного арт-пространства, возможность привлечь внимание к Cube. Moscow международных партнеров. Кроме того, программа встреч и дискуссий действительно очень разнообразная: для меня это возможность быть в курсе текущих трендов на российском и международном арт-рынках. Я был очень впечатлен, узнав о последних разработках в области хранения и инвентаризации предметов искусства. И последнее, но не менее важное: приятно снова увидеть стольких коллег из российской арт-среды. Я уже пять лет регулярно приезжаю в Москву и могу сказать, что многие из них действительно стали моими друзьями.

Что такое Cube.Moscow

Проект Cube.Moscow, официальное открытие которого состоялось 23 апреля 2019 года, — это инновационная платформа для расширения культурного диалога между российским и международным арт-сообществами. Его патроном выступил швейцарский бизнесмен Ули Сигг, самый известный в мире коллекционер современного китайского искусства. Штаб-квартирой Cube стало пространство на минус втором этаже здания отеля The Ritz-Carlton, Moscow площадью 1300 кв. метров. Часть его занимают галереи-резиденты (Àmbit Galeria d’Art, Azot Gallery, MIZK Gallery, Fragment Gallery, NK Gallery, PA Gallery, Gridchinhall Gallery, Kultproekt Gallery, Syntax Gallery и Cubed Art Shop & Gallery) и временные pop-up-проекты, а часть отведена под кураторские выставочные проекты. Также Cube.Moscow запускает образовательные и досуговые программы, в том числе детские: лекции, арт-туры, публичные встречи.

— Что бы вы посоветовали людям, которые подумывают о коллекционировании искусства, но не знают, с чего начать?

— Не спешить с выбором и получать удовольствие от наблюдений. Можно пообщаться со знающими людьми, почитать об интересующей вас теме, набраться «насмотренности». Стоит покупать только те работы, которые вас трогают, говорят с вами, вызывают эмоциональный отклик. Знаете, у меня есть внутренний индикатор — вызывает ли работа желание познакомиться и пообщаться с художником лично, чтобы узнать об их подходе к работе в целом, а не только о той работе, которая передо мной. Хотя есть и другой тип коллекционеров, которые принципиально не знакомятся с художниками, чтобы личность автора не вмешивалась в непосредственное восприятие произведения, чтобы сохранить первое впечатление от работы. А некоторые коллекционеры не общаются с авторами по другой причине: нередко наше восприятие работы отличается от замысла художника, о чем немного обидно узнавать. Впрочем, в этом и есть смысл искусства — разговаривать с каждым на его языке.

Инна Логунова для раздела «Культура», опубликовано: 21 мая 2019
Похожие статьи | Новые статьи
 
 

#postatravelnotes Лето 2019: куда поехать?

Самое популярное за неделю на Posta-Magazine
#postatravelnotes «Очей очарованье»: гид по осеннему Санкт-Петербургу от Татьяны Шевченко
Красивое предложение: услуги московских beauty-салонов с бесплатным паркингом
Кино недели: «Мысленный волк» Валерии Гай Германики
«Никогда не думал, что буду дизайнером»: Ральфу Лорену — 80
Анна Дычева — о набирающей популярность экологической инициативе Waterless

Куда поехать зимой: новые отели для лыжных каникул в Европе
Качество жизни
       
©2011—2019 Posta-Magazine
Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.