Style Notes: дебютная коллекция Демны Гвасалии для Gucci — и первый громкий скандал с использованием ИИ

Дизайнер признается: работа над новым брендом началась с изучения архивов. Он ездил во Флоренцию, посещал фабрики Gucci, чтобы увидеть «индустриальную мощь» компании. За вдохновением обратился и к классическому искусству — особенно к Боттичелли. «Рождение Венеры» в галерее Уффици произвело на него сильнейшее впечатление: «Стоя перед ней, я был потрясен. Красота была безусловной и абсолютной».

Именно это полотно итальянского Ренессанса стало отправной точкой коллекции — не в буквальном смысле, а как эмоция. «Я намерен сделать Gucci более легким, мягким, эмоциональным… иногда даже бессмысленным. Я не хочу, чтобы он был интеллектуальным, я хочу, чтобы Gucci был чувством», — объяснил Гвасалия. И подтвердил слова делом, представив 80 образов, открывающих новую главу в истории бренда.

Если Gucci времен Фриды Джаннини запомнился богемным лоском и эстетикой 70-х, а эпоха Алессандро Микеле — избыточной эклектикой и «гик-шиком», то видение Демны Гвасалии скорее созвучно периоду Тома Форда (1994–2004). Дизайнер возвращает роскошный минимализм и кричащую сексуальность: сдержанные монохромные образы, сидящие по фигуре как вторая кожа.

Узкие кожаные брюки соседствуют с укороченными пуховиками, змеиный принт — с металлизированными тканями, откровенное кружево — с агрессивным цветочным принтом и мехами. Накачанные мужские бицепсы обтягивает тонкий трикотаж, длинные ноги моделей подчеркивают брюки-колготки, а венчает коллекцию линейка сверкающих платьев в духе незабвенных «нулевых». Неслучайно закрывала показ непотопляемая икона того времени — Кейт Мосс.