Персоны

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

Идеальная улыбка на 100% делает нас моложе. И визуально, и эмоционально — это глобальное улучшение, на которое решается все больше людей.

В Москве есть человек, к которому за идеальной улыбкой ходят очень многие селебрити, звезды бизнеса и политики. Новый герой нашей рубрики Men in Power — известный стоматолог, владелец двух клиник AestheticA Артавазд Манукян. В чем его фишка? В России много лет подряд ставили виниры, обтачивая здоровые зубы и нанося им урон, кто бы что ни говорил. Артавазд собрал dream team, и вместе они совершили маленькую революцию: сегодня для красивой улыбки больше не надо жертвовать здоровыми зубами. Но обо всем по порядку.

Татьяна Сабуренкова: Артавазд, давайте поговорим о том, в чем принципиальная новизна вашего проекта? Все привыкли, что врачи ставить виниры отговаривают: слишком травматично, вредит зубам и т.д.

Артавазд Манукян: Знаете, с чего началась история виниров? Самые первые создал стоматолог Чарльз Пинкус в далеком 1928 году — это были белоснежные пластинки, которые приклеивали актерам на съемочной площадке специально для съемок крупного плана — и затем их снимали: долго они не держались. Только спустя 50 лет был создан специальный цемент и появилась особая методика, благодаря которой это изобретение из съемочного павильона мигрировало в будничную жизнь простых людей, которые с помощью виниров корректировали свою улыбку. А 20 лет назад американская компания DenMat запатентовала методику, которая подразумевала установку без обточки — и назвала люминирами.

Артавазд Манукян

Ко мне часто приходят молодые пациенты с классными зубами и без серьезных патологий. Но здоровые зубы могут быть, например, мелкие или недостаточно светлые. Я убежден, что неправильно спиливать или обтачивать здоровые, крепкие зубы ради красивой улыбки. Здоровье — самое главное, а все остальное потом.

— Когда у вас появилась возможность делать это в России?

— Долгое время мне как стоматологу приходилось отправлять слепки пациента в Штаты, в Калифорнию. Так как люминиры — запатентованная технология, и изготавливает их только компания DenMat, расположенная в США. Ситуация не менялась до 2017 года: мы отправляли туда кейс, ждали около пяти недель — и не всегда получали тот результат, которого ждали. А что-то улучшить или доделать возможности не было, это была удаленная коммуникация.

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

— В чем могли быть промахи — вы же посылали в Штаты точные данные?

— Иногда был заметен чрезмерный объем наклеенного материала, искусственность, которую я в шутку называю «подушечки Orbit». Кроме того, работая удаленно, коллеги в США не всегда могли воссоздать эффект цвета. Поверхность зубов была монохромной, как белый лист, не хватало естественных переходов цвета и прозрачности, другими словами — выглядело неидеально.

— И тогда вы решили: пора действовать?

— Да, пришло время что-то менять — и попробовать делать это в России. Кто сказал, что под виниры нужно точить зубы? Мы решили попробовать сделать это по-другому. В 2017 году завершили первый кейс: толщина люминира варьируется в пределах 0,6-0,8 мм, а мы получили винир вдвое тоньше — 0,2-0,4 мм. Из-за такой маленькой толщины винир, установленный на зуб даже без обточки, не давал объема зубам. Результат нас впечатлил! Суть в том, что мы делаем сверхтонкие и естественные с виду виниры — с разной степенью прозрачности — по виду они выглядели очень натурально. У шейки цвет винира был практически прозрачным, в середине — более ярким, а в области режущего края появилась естественная прозрачная поверхность. Мы в течении двух лет сделали больше 20 кейсов с винирами без обточки и теперь уже официально получили патент на территории РФ на «Способ установки керамических виниров без обточки зубов».

Артавазд Манукян

— Как вы добились надежности у столь тонкого материала?

— Когда винир фиксируется на зубе, он с эмалью становится одним целым. И прочность получается колоссальная.

— Сколько с такими винирами можно ходить?

— В среднем, работа, выполненная качественно, может жить 15-20 лет.

— Почему никто, кроме вас, в России не смог запустить такую историю?

— Возможно, мне достались более взыскательные пациенты, которые хотели все сделать максимально красиво и не навредив своему здоровью. Одни показывают врачу, как образец, картинку с неестественно белоснежными зубами, а для других столь неестественная белизна была недопустима. Сам я всегда нацелен на максимальный эстетический результат — и благодарен своим требовательным клиентам: когда человек говорит, что не хочет обтачивать зубы, он ставит перед врачом амбициозную задачу — и ты эту задачу должен решить. Это ручная и очень сложная работа, не скрою.

Артавазд Манукян

— Как получилось, что вы не юрист, не банкир и не футболист, а именно стоматолог? С чего все началось?

— У меня не было выбора. (Смеется.) Мой отец — акушер-гинеколог, мама — педиатр. Меня с самого детства «готовили» к карьере врача. Приносить пользу людям, беречь их здоровье — мне сразу идейно понравилась такая работа. Но, конечно, я не знал в детстве, что стану именно стоматологом. Отец хотел, чтобы я пошел по его стопам, но в старших классах, когда пришла пора определяться, у мамы возникли серьезные проблемы с зубами, она пережила на тот момент уже не одно протезирование — и как-то сказала мне: «Вырастешь, сделаешь мне зубы». И так с подачи мамы я выбрал стоматологию. После окончания университета моей первой серьезной работой стало лечение мамы: я хотел помочь самому близкому человеку.

— В вашей профессии всегда приходится учиться — а это постоянные вложения времени и финансов. Насколько часто вы ездите за новыми знаниями?

— Отвечу так: самое лучшее вложение — это вложение в себя, в знания. Когда ты молодой, когда горишь энергией, тебе хочется всегда быть в тренде, осваивать новые технологии. Это круто и правильно. Погоня за самосовершенствованием и правда забирала и забирает много сил, времени и финансов, но по-другому в этой профессии невозможно. Если ты год, например, никуда не ездил, ты уже «динозавр», который не знает какие-то новые методики. Поэтому я лучше вложу в свои знания, чем в биткоины. (Смеется.) Что будет с биткоинами, никто не знает, а вот знания всегда останутся с тобой.

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

— Как за десять лет изменились запросы пациентов? Например, пластические хирурги говорят, что женщины сегодня приходят и говорят: «Я хочу быть красивой, молодой, но… незаметно». А как в вашей области?

— Основной тренд сегодня — желание сохранить то, что дала природа. И естественность, конечно, вышла на первый план. К ней можно добавить модное слово anti-age (антивозрастной): например, просто сделав два центральных резца чуть длиннее, человек может выглядеть на 10 лет моложе. Да, только благодаря этой манипуляции! Также актуален вопрос стираемости зубов — физиологической (в течение жизни) и патологической (результат бруксизма, гипертонуса жевательных мышц). Из-за нее уменьшается нижняя треть лица, а это сильно добавляет возраст: все складочки сразу визуализируются, нижняя челюсть задвигается назад, выражение лица становится более возрастным, взгляд опускается к земле.

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?
Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

Как в Старом Голливуде, так и в Новом неизменный стандарт один — красивая голливудская улыбка

Men in Power: как российский гуру стоматологии Артавазд Манукян довел искусство виниров до совершенства?

— Эти пару миллиметров вы добавляете как раз с помощью виниров?

— Да, мы решаем сразу две проблемы: функциональную, например, восстановление высоты прикуса, и эстетическую. Вернув эти миллиметры, мы человека омолаживаем: возвращается положение нижней челюсти, лицо становится более симметричным, и вуаля — как будто человек сделал пластическую операцию.

— Вы — владелец уже двух клиник в Москве: одна в центре, вторая — на Рублевке. Раньше вы работали на кого-то, сегодня — сам себе хозяин…

— Я, конечно, начинал наемным сотрудником в клинике. У всех практически один и тот же путь. Времени свободного всегда мало. Но, безусловно, появление второй клиники направило мой вектор развития на совершенствование команды. Если в первой клинике я справлялся сам, то с увеличением входящего потока мне приходится разделять свои обязанности как специалиста и как главврача. Теперь я больше контролирую работу своих сотрудников, медицинского персонала, то есть больше работаю в администрировании лечения — но не в администрировании работы клиники (этим занимаются другие люди). У нас все работы комплексные: когда человек обращается за реабилитацией, в лечении могут участвовать одновременно четыре-пять специалистов, начиная от гигиениста, терапевта, ортодонта и заканчивая хирургом. Это командный подход — и в итоге теперь я сам реже нахожусь у кресла с пациентом.

Артавазд Манукян

— Значит ли это, что человек, который приходит в вашу клинику, может рассчитывать на то, что вы лично можете проверить корректность плана лечения?

— Конечно. Как раз для этого я уменьшаю свой прием как врача-стоматолога, чтобы уделить внимание каждому пациенту. Для пациента всегда составляется не только финансовый план с ценами, но и план медицинских манипуляций — я его люблю называть планом действий, в котором расписан график посещения специалистов. Чтобы лечение можно было легко интегрировать в свою активную жизнь.

— Давайте пару слов не о работе. Откроют границы — куда полетите?

— Мне всегда было не жалко вкладываться именно в путешествия, в эмоции и впечатления. Если честно, с момента открытия второй клиники у меня очень напряженный график, практически отсутствуют выходные. Я бы, конечно, с удовольствием полетел на Мальдивы и лежал бы на красивом пляже пять-шесть дней. Но попадаю я туда крайне редко, потому что стараюсь всегда совмещать приятное с полезным. Если я лечу в Майами, то там сто процентов будет проходить какое-то стоматологическое мероприятие. Если в Лос-Анджелес, Сан-Диего — значит, там проходит международный конгресс. А на Мальдивах ничего такого не бывает. (Смеется.) Я люблю открывать для себя новые места, потому что это всегда новые эмоции. Например, у нас с супругой долго была мечта попасть на Гавайи — и в позапрошлом году мы полетели. Это было что-то!

Артавазд Манукян

— У людей, открывающих свой бизнес, часто появляется чувство, что они могут все контролировать. Но на этот контроль уходит много энергии — и не всегда понятно, откуда ее брать. Такое бывает с вами?

— Помогает только спорт! Сейчас в период карантина, когда не работали клубы, было сложно, но какая-то самодисциплина уже есть: мы с супругой ходили по лестнице 50-75 этажей. Спорт действует всегда. Например, едешь после рабочего дня — весь разбитый и уставший, но в 9 вечера тебе в зал на тренировку. И вот ты думаешь: слиться или пойти? Но ты знаешь, что тренер сидит и ждет — и поэтому идешь. Тренируешься — и выходишь уже совершенно другим, можешь хоть сейчас ехать на работу обратно, вторая смена. (Смеется.)

Артавазд Манукян

— Насколько вы «диджитальны»? Встав утром, первым делом проверяете Instagram, Twitter, читаете новости?

— Я стараюсь контролировать, сколько времени провожу в соцсетях: обычно это максимум 30-40 минут в день. За завтраком могу посмотреть «Яндекс», но, честно говоря, заметил тенденцию, что все новости там часто носят негативный характер. Стараюсь от этого отгораживаться, чтобы не было ничего лишнего, не было «мусора», отвлекающего внимание. Хочется быть позитивным.

— А что сделать, чтобы добавить в жизнь позитива?

— Для этого я занимаюсь медитациями, хочу, чтобы это стало ежедневной привычкой. Получается не всегда — как и со спортом. Но я стараюсь: это избавляет от внутреннего шума, лишних мыслей и дает возможность 20-40 минут в день побыть в тишине с самим собой. Это отдых для мозга — и новые ресурсы для дальнейшей деятельности. Очень рекомендую!

09 июля 2020
Татьяна Сабуренкова для раздела Персоны