Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

 
Юлия Киселева
Все статьи автора
Юлия Киселева

В рубрике «Белый лист» Posta-Magazine рассказывает о людях разных профессий и занятий, способных превращать свои идеи в актуальные проекты, заряжать энергией окружающих и не бояться писать новые истории с чистого листа.

 
 
Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон ...

Фото: Георгий Кардава
Продюсер: Арина Ломтева
Груминг: Юлия Неборская

Благодарим Seasons Project
за помощь в организации сьемки

Наш герой, один из основателей проекта MOST Creative Camp Соломон Шлосман, рассказал Posta-Magazine о том, как он решил заняться образованием, зачем повторять ошибки соперника и почему путешествовать нужно непременно в одиночку.

 

Лагеря по развитию креативности MOST Creative Camp — это образовательные проекты для взрослых, призванные вырвать вас из контекста привычной реальности и заново научить думать — нешаблонно, с энтузиазмом и на результат. В лагерь зовут «людей, у которых есть мозги и кураж и которым уже исполнилось 18» — рисовать граффити в Екатеринбурге, снимать кино на iPhone с профессиональными операторами в Териберке или писать саундтрек к своей жизни в Грузии. Формат поездки — «прокачка мозгов» в выходные в Подмосковье или пятидневный лагерь-путешествие в самые разные места.

Одному из основателей проекта Соломону Шлосману 26 лет. В его резюме — диплом геофизика МГУ, преподавание английского на Суматре, работа экскурсоводом в «Экспериментаниуме» и руководителем отдела продюсирования в рекламном агентстве MOST Creative Club (это именно их автомат выдавал билет на метро за приседания), а также создание (совместно с Даниилом Филиным) детского образовательного проекта «Вот-вот» — приложения с необычными сценариями совместного полезного и эффективного времяпрепровождения родителей и детей. Сейчас Соломон занимается развитием MOST Creative Camp — лагеря для взрослых со смелым, но возвращающим в детство лозунгом: «Без соплей!».


О музыке и условных рефлексах

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Свитер, Zara

Я с первого класса играл на флейте, но в музыкальной школе проучился всего год, бросил. Два дня играл в школьной рок-группе, пока меня не выгнали: моим друзьям купили электрогитару, а мне мама не купила. Но музыка в моей жизни присутствует постоянно. В консерватории я слушаю Малера, Рахманинова или Чайковского, в наушниках — экспериментальный джаз вроде Джона Зорна или бруклинской группы Dawn of Midi. Довольно рано своеобразное музыкальное шефство взял надо мной мой брат Илья Овчинников, довольно известный сегодня музыкальный критик. Помню, как классе в седьмом он принес мне альбом «Сила ума» группы «Кирпичи», попросив слушать так, чтобы мама не слышала. Следуя за ним, я познакомился с гранжем, джазом и классической музыкой. В наушниках обычно у меня не играют симфонии, но бывают дни, когда я решаю: сегодня будет только Рахманинов. Я постоянно нахожу что-то новое, но есть музыка, которая всегда со мной. Например, пара альбомов Alice in Chains. Слушаю — и мурашки по коже. Даже, возможно, уже не потому, что до сих пор так трогает, а как условный рефлекс: о, вот эта нота — сейчас будут мурашки! И да, несмотря на уверения родителей, я не пожалел, что бросил музыкальную школу. Или я специально не пожалел, чтобы всем доказать, что не пожалею?

О геофизике, всемогуществе и Амстердаме

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Свитшот, Zara;
брюки — собственность героя

Геофизика на самом деле дисциплина крайне романтичная. Если вы снаружи — вам знакома такая бардовская романтика: геолог наверняка представляется вам с бородой и гитарой. Если вы внутри — это уже другая романтика, романтика знаний. Я помню, как проходил курс геотектоники о том, как движутся плиты — о хребтах в океане, зонах субдукции. Помню, как сидел на лекции и думал: «Да я всемогущий! Я знаю, как это происходит!» Невероятное чувство. Кстати, тогда же я, наверное, понял, что хочу заниматься образованием в каком-то новом формате. Меня расстраивает, что мы исследовали породы по картам, которые были старше моих родителей и рассыпались на глазах, что не использовали 3D-модели, что, изучая прорывные методы сейсморазведки, когда корабль стоимостью в полстраны ищет нефть, по-прежнему записывали лекцию ручкой в тетрадку. Мне обидно, когда с передовыми технологиями знакомятся не с помощью передовых технологий. Диплом — с хорошими, кстати, оценками — понадобился мне лишь однажды: я отсканировал его для поступления в UVA — University of Amsterdam. Поступил, но вдруг понял, что в Москве я занимаюсь настолько интересными вещами, что буду страшно жалеть, если брошу сейчас все ради учебы. И просто никуда не поехал.

О книгах и конкурентах

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Очень люблю современный нон-фикшн. Зачитывался «Краткой историей времени» Стивена Хокинга, книгами Аси Казанцевой и книгами Александра Маркова об эволюции. Из художественной литературы — «Полная иллюминация» Джонатана Сафрана Фоера или его же «Жутко громко и запредельно близко». Или романы Исигуро. А еще мне нравятся книжки издательства «МИФ», умеющего рассказывать популярным языком, например, об экономике неэкономистам. Из последних находок — «Открывая организации будущего» Фредерика Лалу и «Теория игр» Авинаша Диксита и Барри Нейлбаффа. Удивительно, насколько наши человеческие взаимоотношения можно просчитать математически, если любую ситуацию условно принимать за игру. Особенно мне понравилась мысль о том, как вести себя с конкурентами. В бизнесе всегда есть ведущий и догоняющий, и правильная стратегия для ведущего — повторять действия того, кто его догоняет. Самый простой пример — из парусной регаты: один корабль впереди, второй догоняет. Яхта, которая впереди, должна всего лишь повторять действия того, кто сзади, чтобы не потерять свое преимущество. Если догоняющий ошибся, а ведущий повторил, то в итоге ошиблись вы оба и расклад сил не изменился. Но если догоняющий избрал правильную стратегию — он обгонит тебя, если ты не повторишь его же маневр. В бизнесе действует та же схема. Ведущий — компания Apple, догоняющий — условно — Dell. Вполне может случиться так, что Dell первым придумает, например, «умные» наручные часы и в этом сегменте станет королем. Но компания Apple может выпустить похожие часы и сразу же поделить рынок.

О дневниках, индонезийской свадьбе и Большом каньоне

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Классический дневник я вел только в третьем классе: это потрясающий «документ эпохи», я перечитываю его раз в два года и каждый раз получаю удовольствие. Но сейчас я веду только дневники путешествий. Самый подробный — Solohike.ru — о поездке в Америку в 2015 году. Это было незабываемое путешествие. Наверное, потому, что было выполнено главное условие хорошей поездки: я поехал один. Мне кажется, к этому рано или поздно приходят все путешественники: только тогда, когда ты один, с тобой происходят безумные вещи. Чем больше людей в компании — тем меньше, в обратной пропорции, интересного с тобой произойдет. Первый такой соло-поход я совершил на Суматру: просто выбрал волонтерский проект в самой далекой от меня части света, куда можно было вписаться, и отправился учить аборигенов английскому. Там меня обучили индонезийским танцам, и я был приглашенным танцором на местной свадьбе. В специальном наряде, с зонтиком с кисточками. Получилось, что я сильно отвлекал внимание фотографов от самих молодоженов. Испробовав одиночный формат, я отправился в Америку. Купил билет до Нью-Йорка и обратный — из Лас-Вегаса, проехал автостопом от Нью-Йорка через всю страну до Сиэтла, потом до Лос-Анджелеса и на юг, много ездил по Аризоне и Неваде и перешел пешком Большой каньон — по тропинке. Идти всего три дня, а ночевать (если будут места) можно в кемпингах. Хотя, если бы прямо сейчас я мог отправиться куда угодно, я бы, наверное, рванул в Непал: я был там уже два раза и хочу еще, хотя обычно не люблю никуда возвращаться.

О кумирах

Я восхищаюсь своим дедушкой — он удивительный человек, химик, 25 лет назад создавший фирму, которая производит медицинские изделия и материалы для больниц, в том числе лекарства для стомированных больных — тех, кому из-за рака кишки вывели стому. Благодаря ему у нас есть лекарства, доступные для инвалидов, о которых мало кто думает. Я очень люблю своего деда.

О страхе и скуке

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Майка, Zara; брюки, Hilfiger Denim

В путешествии с тобой ничего не случится, если ты ничего не боишься. Помню, однажды в Америке рядом со мной остановилась черная новенькая Audi 7, и пьяный водитель сказал мне: садись за руль, а мне надо поспать. В итоге я восемь-десять часов рулил на новом авто по просторам Вайоминга и доехал до национального парка «Йеллоустоун», где дорогу мне перешел медведь. И каждый раз такие истории заканчивались хорошо. Хотя однажды полицейские все-таки надели на меня наручники, и это были кадры в стиле фильмов братьев Коэн: рука на кобуре, брось рюкзак, сними очки, руки за голову. А все потому, что я ловил машину в неположенном месте, после того как очередной попутчик высадил меня прямо на хайвее — а это делать строго запрещено. А вообще больше всего в жизни я боюсь состояния, когда тебе ничего не интересно и ничего не хочется. Это кошмар, которого я никому не пожелаю. Состояние скуки для меня губительно — мне прямо плохо становится. А надо бы научиться извлекать из нее выгоду или просто отдыхать.

О религии, судьбе, вулканах и Джиме Моррисоне

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

В судьбу я не верю. Помню, как подруга, с которой мы прогуливали школу, сказала: если веришь в судьбу, то можно просто сидеть и ничего не делать. Так и есть: разговоры о судьбе — это просто удобный способ сказать, что от тебя ничего не зависит. Это, в общем, про людей, которые не ходят на выборы. И в удачу я не верю. Если ты открыт новому, готов рисковать, много работать и понимаешь, чего хочешь, у тебя все получится. Если готов свернуть горы — свернешь, если не готов — не свернешь. И в Бога я не верю. У меня есть набор ценностей, понимание того, что хорошо, а что плохо, но я не стремлюсь найти этому подтверждение в какой-то религиозной системе. У меня нет потребности причислять себя к какой-то группе людей в этом смысле. Но слово «паломничество» мне нравится. Так можно назвать мою поездку на Камчатку к озеру в кратере вулкана Ксудач. Туда можно долететь на вертолете за бешеные деньги или дойти пешком за семь дней. Мы шли иногда по горло в ледяной воде, шли с тяжеленными рюкзаками, а у меня еще была сломана ключица: я только выписался из больницы, но билеты сдавать не стал. Мы дошли и переночевали в кратере вулкана. И рядом — никого. А еще я ездил в Сиэтл — посмотреть на город, в котором зародился гранж. Наверное, это тоже своеобразное паломничество. И когда-нибудь, может, я съезжу на могилу Моррисона.

О боксе, стрессе и велосипедах

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

Худи, Tommy Hilfiger

Я долго занимался прыжками на батуте, но недавно увлекся боксом. Пошел с целью научиться давать сдачи негодяям. Но получил я гораздо больше, чем планировал: бокс — удивительно гармоничный спорт, ты участвуешь в процессе весь, до кончиков пальцев. И еще это отличный способ справиться со стрессом. Хотя порой достаточно схватить велосипед и начать быстро крутить педали по городу — и через десять минут ты спокоен и можешь возвращаться и приниматься за дело. У меня два велосипеда, и оба — полноправные жители квартиры. Один я собрал по деталям, когда окончил школу. Каждую деталь от рамы до тормозной ручки я покупал отдельно, подбирал по цветам и характеристикам. Получилось очень красиво. А второй велосипед мне в прошлом году отдал папа: старый «Турист» Харьковского велозавода, на котором он сам меня когда-то катал. В этом году велосипеду исполняется 50 лет. Летом я почти каждый день езжу на нем на работу.

Об имени Соломон и длинных ресницах

Белый лист: сооснователь лагерей MOST Creative Camp Соломон Шлосман — о лагерях для взрослых, паломничестве на Камчатку и всемогуществе

В детстве имя Соломон мне не нравилось, хоть меня и не дразнили. Но мне мешало чрезмерное внимание. Ваня, Петя, Маша — и вдруг Соломон. Я чувствовал себя белой вороной. То же самое чувство было, когда продавщица на рынке заметила, какие длинные у меня ресницы, и сказала, что я похож на девочку. Я приехал домой, взял подаренный папой швейцарский ножик и откромсал эти ресницы. Имя, правда, не поменял. Мама тогда очень испугалась: мне было всего шесть лет. Но ресницы отросли заново, а имя мне теперь только помогает, потому что его легко запоминают. В лагере мне, например, не приходится носить бейджик.

Детали:
Seasons Project: http://instagram.com/seasons_project
Tommy Hilfiger, Hilfiger Denim: бутик Tommy Hilfiger, ТЦ «Атриум», ул. Земляной вал, 33, тел.: +7 (495)970 14 09
Zara: ул. Кузнецкий Мост, 9/10, стр.2, тел.: +7 (495) 783 59 92

 

 

 

Юлия Киселева для раздела «Персоны», опубликовано: 25 апреля 2017

Похожие статьи | Новые статьи
 
 

 Великий и ужасный: главный редактор Vanity Fair Грейдон Картер покидает свой пост
 Фитнес с Алексеем Василенко: главные спортивные события осени
 Планы на осень: пять причин отправиться на длинные выходные в Порту
 Фатум, влечение к смерти и вечная любовь: главные театральные премьеры осени
 EQ vs. IQ: зачем успешные лидеры развивают эмоциональный интеллект
 Погони, расследования и истории любви: фильмы, которые мы ждем этой осенью

       
©2011—2017 Posta-Magazine
Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.