Art & More: границы и грани. Интервью с руководителем отдела культурных программ Гёте-Института в Москве Астрид Веге

 
Юлия Киселева
Все статьи автора
Юлия Киселева

— директор отдела «Стиль жизни» Posta-Magazine


К открытию выставки «Граница» в Галерее искусств Зураба Церетели Posta-Magazine поговорил с руководителем отдела культурных программ Гёте-Института в Москве Астрид Веге об амбивалентности границ, о 20 центрах Европы и иронии как способе открывать новые территории и смыслы.

 
 
Art & More: границы и грани. Интервью с руководителем от...

Вы склонны мыслить метафорами?

Представьте, что «граница» — это прививка от оспы, платок с нарисованной прической или... квантовая тошнота.

Ходжа Насреддин на заработках, свадебное платье с напечатанной на нем личной перепиской, которую, не смущаясь, требует посольство для выдачи «визы невесты», азербайджанское караоке, советская хореография в интерпретации эстонцев, квантовое состояние неопределенности в пограничной зоне, пластическая операция «европейское веко», Техас на юге Казахстана или «президентская дорога», которую подметают даже под дождем... Художники, ставшие участниками уникального арт-проекта «Граница», не пытаются свести тему к узкой политической символике. В фокусе — камерные личные истории и впечатления, «упакованные» в практичные коробки, легко превращаемые в «подиум» или «пьедестал»: выставка передвижная, и именно в этих коробках работы художников будут переезжать из города в город. После Москвы на очереди — Санкт-Петербург, Красноярск, Киев, Тбилиси, Минск, Дортмунд и Центральная Азия. Такой «кочевой» формат — тоже часть концепции: сами художники не раз в своей жизни пересекали границы, в том числе и налегке. О том, как понятие «граница» стало темой международной выставки, нам рассказала руководитель отдела культурных программ Гёте-Института в Москве Астрид Веге.

«Свадебное платье» (Алина Копица)

«Свадебное платье» (Алина Копица)

Руководитель отдела культурных программ Гёте-Института в Москве Астрид Веге

Юлия Киселева: Астрид, как возникла идея выставки и почему в качестве условной границы были выбраны именно Европа и Азия?

Астрид Веге: Идея возникла в стенах Гёте-Института: меня лично вопрос границ увлекает очень давно. Наша основная задача — налаживать культурный диалог между странами, но в процессе этой деятельности мы постоянно натыкаемся на границы и препятствия — в совершенно неожиданных моментах. И мне хотелось в первую очередь «сформулировать»: граница — это не обязательно негатив, это одновременно и открытие чего-то нового. Это выход к новым территориям, открытие новых перспектив и точек зрения. И речь идет и о личных границах, и о культурных, и о территориальных.

— Что такое «граница» в рамках вашего проекта?

— Наши кураторы Тибо де Ройтер (куратор и художественный критик из Берлина. — Прим. ред.) и Инке Арнс (директор общественной организации по продвижению и поддержке медиаискусства HMKV в Дортмунде. — Прим. ред.) очертили наш «регион» странами бывшего СССР, постсоветской Европой и центральной Азией. А в фокусе — граница не реальная, но воображаемая — между Европой и Азией, именно она стала красной нитью нашего «исследования». Суть в том, что ответ на вопросы «Что такое Европа?» и «Что такое Азия?» зависит от того, с какой стороны ты на границу смотришь. Мне, например, очень нравится работа польского режиссера, живущего в Берлине, под названием «Центр Европы». В формате такого современного road movie он посещает города, которые заявляют о себе как о центре Европы, — от Украины до Австрии. И как минимум 20 центров есть у старушки Европы! Это ироничное и легкое кино, рефлексирующее о границах и том, кто их создает.

«Фобия иного» (арт-группа «Куда бегут собаки»)

«Фобия иного» (арт-группа «Куда бегут собаки»)

— Граница — это всегда предмет диалога, а не ультиматум?

— Именно. Наша выставка рассказывает о границе как о понятии подвижном и непрочном. Художница Катя Исаева, родившаяся в Казахстане, собрала целую коллекцию пиал и историй людей из разных стран, которые ей их дарили. А художница из Центральной Азии Сауле Дюсенбина представила обои, объединив в одной работе и типично казахские рисунки, и отсылки к архитектурным памятникам Астаны, и голландскую бело-голубую цветовую гамму, и портреты Пушкина и Курмангазы. Кстати, два великих имени «встречаются» не только в ее работе — в Алма-Ате это улицы, пересекающиеся между собой.

«Казахские забавные игры» (Сауле Дюсенбина)

«Казахские забавные игры» (Сауле Дюсенбина)

«Казахские забавные игры» (Сауле Дюсенбина)

— Аполитичность выставки — это сознательный выбор?

— Когда мы задумали эту выставку, еще не стояли на повестке дня эти острейшие проблемы — «Брекзит», Трамп, стена между США и Мексикой или беженцы. Но идея действительно состояла в том, чтобы уйти от ежедневных новостей и представить другой взгляд на границу — отличный от того, что презентуется в медиа в ежедневных новостях. А в этом действительно есть необходимость, судя по тому, с какой скоростью развиваются политические события сегодня.

«Хинкали джус» (София Табатадзе / Надя Цулукидзе)

«Хинкали джус» (София Табатадзе / Надя Цулукидзе)

— Гёте-Институт всеми силами налаживает культурные связи, а обитающий по соседству Консульский центр по-прежнему очень придирчиво выдает визы... Ваша выставка — не только о границах, но и об ограничениях — как синониме безопасности...

— Границы могут исключать и включать. Эта амбивалентность важна. Границы не статичны, они подвижны и их можно обсуждать. В этом плане очень интересна работа Ольги Житлиной (Санкт-Петербург, Россия), которую она создавала вместе с мигрантами из Санкт-Петербурга. В центре концепции — фигура Насреддина, легендарного персонажа из Азии, помещенная в совершенно чуждый ей контекст. А зритель может ответить для себя на вопрос: можно ли с помощью иронии передвигать и смещать границы? А работа «Фобия иного» группы «Куда бегут собаки» из Екатеринбурга, созданная в форме механического театра, — это размышление о физических и телесных границах. В авторском художественноминтерес к тому, что происходит тексте, рассказывающем о новом поколении, у которого уже нет прививки от оспы, ставится вопрос: угрожает ли нам тот, у кого нет какой-то прививки? Сложно ли вам с теми, кто не такой, как вы? Ограничения и безопасность — это разговор о страхах, и на выставке он представлен на более личном и интимном уровне, чем это принято преподносить в прессе.

«Девятнадцать в день» (Таус Махачева, фотограф Шамиль Гаджидадаев)

«Девятнадцать в день» (Таус Махачева, фотограф Шамиль Гаджидадаев)

— Какие границы тяготят лично вас в жизни?

— Сформулирую это в позитивном ключе: я бы хотела, чтобы границы были мостами, чтобы мы могли проявлять любопытство и интерес к тому, что происходит по другую сторону. И речь в данном случае идет и о границе поколений, и о границах в вопросах психики, и о культурных различиях, и о социальном неравенстве, о водоразделе между богатыми и бедными... Я бы хотела, чтобы в нас было достаточно сил и открытости эти границы преодолевать.

— Пограничная территория — это всегда потенциал, но потенциал либо конфликта, либо богатого мультикультурного роста. Как избегать конфликтов?

— Хороший вопрос. Понять как — в этом наша задача. И главное на пути к успеху — уметь слушать и проявлять искренний интерес. Тогда границы будут не исключать, а будут становиться мостами. И тогда для всех нас станет очевидно: несмотря на все наши различия, гораздо важнее и глобальнее то, что нас как людей объединяет. Для меня чувство свободы означает именно возможность взаимодействовать с людьми без каких-то ограничений.

— А художник плодотворнее работает в условиях полной свободы, или когда ограничен формой, как композиторы-классики, или цензурой, как советские кинематографисты?

— Это старая тема об искусстве в эпоху диктатур: якобы оно точнее и тоньше. Лично я выступаю за полную свободу художника, он должен абсолютно свободно мыслить. А ограничения все равно всегда есть — и в плане материалов, и в вопросе темы. Мы не живем вне контекста в пустом безграничном пространстве, мы живем в капсуле, производной от всего, что нас окружает, а потому создавать дополнительные границы нет смысла. Здесь мне хочется вспомнить работу художника из Беларуси Сергея Шабохина, взаимодействующего с темой русского авангарда, не всегда востребованного на родине, но всегда интересного Западу. В концепции авангарда заложено пересечение и преодоление границ.

«Мы суровые потребители культурных революций» (Сергей Шабохин)

«Мы суровые потребители культурных революций» (Сергей Шабохин)

— Вы боитесь пограничников?

— (Смеется) Действительно, мы постоянно пересекаем какие-то границы. Нет, не боюсь, для меня это стало рутиной, пересекать границы — это моя работа. Помню только, как я нервничала, будучи маленькой, когда мы с мамой из ГДР ездили проведать родственников в Восточный Берлин. Тогда меня пугала неизвестность.

«Все границы внутри нас» (Вирон Эрол Верт)

«Все границы внутри нас» (Вирон Эрол Верт)

Детали от Posta-Magazine
Выставка открыта в Москве по 26 февраля 2017 года
Галерея искусств Зураба Церетели, ул. Пречистенка, 19
www.goethe.de/ins/ru/ru/sta/mos/ver.cfm?fuseaction=events.detail&event_id=20890548​ ​

 

 

 

Юлия Киселева для раздела «Культура», опубликовано: 7 февраля 2017

Похожие статьи | Новые статьи
 
 

 Великий и ужасный: главный редактор Vanity Fair Грейдон Картер покидает свой пост
 Фитнес с Алексеем Василенко: главные спортивные события осени
 Планы на осень: пять причин отправиться на длинные выходные в Порту
 Фатум, влечение к смерти и вечная любовь: главные театральные премьеры осени
 EQ vs. IQ: зачем успешные лидеры развивают эмоциональный интеллект
 Погони, расследования и истории любви: фильмы, которые мы ждем этой осенью

       
©2011—2017 Posta-Magazine
Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.